Интервью

Ольга Серябкина: «Меня предали — я простила. И отпустила из сердца навсегда»

Ольга Серябкина: «Меня предали — я простила. И отпустила из сердца навсегда» Фото: Слава ФИЛИППОВ/BAZELEVS
Солистка группы Serebro - про любовь, стихи и музыку, про Инну Чурикову и ту, о ком и говорить не хочется, а также про свою свадьбу (гипотетическую).

Участница главной девичьей поп-группы страны сыграла в фильме «Самый лучший день», который претендует на звание главной комедии года. Режиссер — Жора Крыжовников, снявший нашумевшие «Горько!» и «Горько!-2». Роль у Ольги тоже главная, даром что первая в жизни. Ну как тут не поговорить?

— Как вы вдруг попали в кино? Да сразу на главную роль.

— Жора позвонил нам в офис и предложил встретиться. Начал спрашивать, есть ли у меня киноопыт и т. д. Я сказала, что нет, но мне интересно попробовать, потому что он действительно классный режиссер. Потом начались пробы. Я честно проходила все этапы и не знала, что на эту роль было огромное количество претенденток. Я-то думала, что я одна-единственная! Берегли меня, наверное, чтобы не нервничала. Потом я узнала, кто еще пробовался на эту роль — это действительно крутые актрисы. Конечно, мне это польстило.

— Тяжело было без опыта?

— Поскольку я не умею играть, спросила Жору: «Что мне делать?» Он говорит: «За тебя все сделала природа. Просто будь естественной. Ты — это она». Это был главный мой лозунг. Не то что мы с ней похожи, моя героиня и я — два разных человека. Для того чтобы хорошо ее сыграть, я должна была представить, что с ней было раньше. Я ее внутренне сделала собой: вошла в ее кожу, можно сказать. Все время съемок я даже разговаривала с друзьями как-то по-другому, потому что чувствовала себя не Олей Серябкиной, а Алиной Шепот.

Ольга Серябкина
Фото: Слава ФИЛИППОВ/BAZELEVS

— Страх перед самой первой сценой был?

— Конечно! Ты вдруг понимаешь, что кино — это серьезный процесс. Плюс ко всему со мной играют Дима Нагиев, Инна Чурикова, Михаил Боярский. Самый сложный день был, когда снимали мои сцены с Инной Чуриковой. Я ее обожаю, смотрела практически все фильмы с ней. Сцена была очень эмоциональная: мне нужно было входить в конфликт, даже кричать на нее. Это такой психологический барьер! У меня ведь нет в голове тумблера, как у профессиональных актрис: кнопку нажал — ты поплакал, нажал другую — поругался, покричал. Мне было, наверное, сложнее, чем всем актерам в этом кино, потому что за мной нет актерской школы. А самая первая сцена была с Димой. Я так волновалась, что забыла все.

— Нагиева вы знали раньше?

— Мы пересекались где-то, но не были знакомы. Я не из тех, кто запросто подходит, хлопает по плечу: «Привет, брат!» Они все на юморе, а мне в тот момент было вообще не до шуток. У меня сцена сразу не получалась — было ощущение, что мне дали по голове и я в тумане. Прихожу в себя, а Нагиев смотрит на меня и говорит: «Да-а-а, а ведь был большой кастинг!» Понимаете?! Поддержал… Но потом мы с ним подружились. Много болтали, когда были перерывы. Дима Нагиев и есть моя актерская школа, за что я ему очень благодарна. Он давал крутые советы, которые мне очень помогали.

"Самый лучший день" кадр из фильма
Сценарий комедии «Самый лучший день» активно способствовал скорейшему установлению дружеских отношний Дмитрия Нагиева и Ольги. Фото: Компания BAZELEVS

— С Инной Михайловной удалось поболтать?

— Это была бы моя мечта… Я ведь человек очень тактичный — несмотря на то что часто предстаю, так сказать, дерзкой. Инна Чурикова вызывает у меня стопроцентное уважение. Когда ты просто стоишь рядом с ней, чувствуешь, что тебя как будто окатили теплом. Когда мы с ней снимались, у меня очень болело горло, я кашляла все время. Накашляюсь и иду сниматься. И представляете, после съемки она мне, во-первых, наговорила очень приятные слова, которые я навсегда запомню, а во-вторых, оставила мне баночку меда. Это было очень мило! У нас должны были быть еще съемочные дни, я надеялась на новые встречи, но потом решили, что снятого достаточно. Очень надеюсь, что мы увидимся на премьере.

— Летом писали, что вы отказались сниматься в откровенных сценах и пришлось приглашать дублершу. Почему? У группы Serebro довольно откровенные клипы.

— Начнем с того, что у группы Serebro нет задачи рекламировать свое тело. То, что мы делаем в клипах, диктует музыка. Она провокационна, но у нас нет такого, что, допустим, Максим (Фадеев. — Авт.) говорит: «Девчонки, а ну-ка быстро надели короткие юбки!» Из нас троих я всегда самая раздетая, но не потому, что мне кто-то это велел. Просто я так чувствую. Для меня музыка — это и есть секс. При этом за все время моей творческой деятельности мне не поступало ни одного нелицеприятного предложения — потому что я никогда никого не зазываю. Что касается той сцены… Она должна была быть в сценарии, и мы действительно искали дублершу. Потом я приняла решение, что буду сама сниматься — казалось, так честнее будет. Но позже Жора решил, что в этой сцене нет необходимости, а просто спекулировать на голой груди не входило в задачи.

— Но ведь другие сцены остались?

— Будет там «горяченькое», все как надо. Но конкретно той сцены, для которой мы искали дублершу, нет. В остальных не использовался ни один дублер.

Самый-лучший-день-кадр-из-фильма
Одна из жарких сцен «Самого лучшего дня»: толпа разгоряченных полуобнаженных мужчин несет Алину Шепот на руках. Фото: Компания BAZELEVS

«Если попа торчит, значит, я этого хочу»

— В клипах вы провокационная, дерзкая. А в жизни? Мягкая и скромная?

— Разница в том, что я дома без косметики хожу. Дома все то же самое, только там я… Чуть более медленная, так скажем.

— Каков круг ваших домашних увлечений? Какие книги вы читаете, например?

— Я очень много читаю. Чаще всего я это делаю на гастролях. Очень люблю поэзию. Мой любимый поэт — Есенин. Люблю Ахмадулину, Ахматову, очень нравится Гумилев. Самое любимое время — начало ХХ века, до Второй мировой войны. Еще недавно прочитала Анатолия Собчака. Думала, будет неинтересно, но оказалось, потрясающе написано. Читала недавно Ремарка, люблю Мураками. Мне больше нравится Рю Мураками, а есть еще Харуки. Они не братья, пишут совершенно по-разному. У Харуки вышла новая книга — я ее хочу почитать сначала на русском языке, а потом на английском.

— Где вы так хорошо выучили английский?

— В Институте международного права и экономики имени Грибоедова, я лингвист. Очень благодарна своему вузу за то, что меня заставляли хорошо учиться.

— В школе были отличницей?

— Окончила с тремя четверками, остальные пятерки. Но не все любила. В каком-то классе у меня по физике должно было стоять два. Пришел мой папа и попросил тройку накарябать. Но я знаете как? Не мытьем, так катаньем. Я в школе была активист: пела, выступала. При этом делала упор на русский, литературу и английский — там что-то мне еще нравилось.

— В школе еще нет стенда с вашими фотографиями?

— Давно там не была, не знаю. Знаю про институт — вишу там как почетная студентка. Педагоги на меня сильно обижались, когда я на третьем-четвертом курсе начала ездить на гастроли. Хотя я не пропускала, училась на очном. Я была очень перспективный переводчик, и они расстроились, когда я стала петь. Но когда мы с группой съездили на «Евровидение» (группа Serebro заняла в 2007 году 3-е место. — Авт.), они снова повесили меня на доску почета. Хочу передать привет своей преподавательнице по английскому Вере Борисовне Хромых. Очень ей благодарна за знание сленга. Мне это очень помогает.

— Судя по вашему Инстаграму, вы не боитесь казаться смешной и иронично к себе относитесь. Фотографируете живот и пишете, что пора заняться прессом. Но ведь в комментариях потом всякое пишут.

— В моем Инстаграме есть и красивые фотографии. Но я часто выкладываю себя без косметики и не парюсь на эту тему. А что касается пресса — ну да, я могу и сейчас его показать (задирает джемпер и показывает. — Авт.). У меня, может, не идеальный живот (наговаривает. — Авт.), но я не парюсь. Я не фрик, но не надо относиться к себе слишком серьезно. Я самодостаточный человек — мне не надо себе доказывать, что я классная. Вижу и плюсы, и минусы — в том, что ты естественный, и есть честность. Я за правду. Ну выкладывала бы я фотки после дикого фотошопа, представляете, как это меня ограничивало бы по жизни? Я кайфую, когда выхожу на сцену, к примеру, в боди. Мне не надо оправдываться за то, что, блин, у меня там попа торчит. Она торчит, потому что я хочу, чтобы это было так!

группа Serebro
Группа «Серебро» образца 2015 года (слева направо): Даша Шашина, Ольга Серябкина, Полина Фаворская. Фото: Архив продюсерского центра Максима Фадеева

— И злобные отклики вас не ранят?

— Все зависит от того, как человек аргументирует. Напишет: «Ты дура», ну и что? Или «Вы плохо поете». Ну я скажу: «Чувак, приходи на концерт. Тебе понравится». А ему понравится!

— Вы легко прощаете людей, если вас все-таки обидели?

— Тут есть две степени. Допустим, близкий человек нагрубил, наорал. Всякое же бывает, да? Для меня это ерунда. А если человек меня предал, то я его прощаю, но всегда стараюсь отпустить. Он выходит из моего сердца, и будто бы и не за что его прощать.

— И внутри не болит?

— Конечно, я попереживаю. Я на самом деле ранимый человек, мнительный. Меня легко задеть, когда знаешь ключики. А если предают… Вот совсем свежая история. У меня был друг. Мы с ним дружили около десяти лет. Говорят, мужчина и женщина не умеют дружить, а мы называли себя родственниками и классно общались. А потом он совершил поступок, который я считаю предательством. Сказала ему: «Надеюсь, это того стоит». Через год он мне написал: «Давай обратно дружить, я был неправ, я же близкий был тебе человек…» Я понимаю, что на него уже не злюсь. Я бы, может, даже хотела с ним заново дружить. Но сердце мое уже пустое. Мне кажется, самое ужасное, когда сердце опустошается и ты ничего к человеку не чувствуешь.

— Лена Темникова после ухода из Serebro заявила, что никогда не считала себя вашей подругой. Ее вы простили?

— Я на нее никогда не обижалась.

— Это было предательством с ее стороны?

— Нет. Тут даже и сказать нечего. Я не рефлексирую на эту тему. Мы в нашей компании договорились об этом человеке больше никогда не говорить. Потому что неинтересно.

«Захочу замуж — сделаю это завтра же»

— Группе скоро 10 лет, вы лично в этом году отметили 30-летие. Для вас это не повод призадуматься, а что дальше?

— Я привыкла жить сегодняшним днем. Когда ты живешь планами на будущее, ты пропускаешь то, что ты видишь сейчас. Конечно, это не значит, что я такой дурачок, который дожил до вечера и рад. Вы имеете в виду детей и семью?

— Вам по контракту можно замуж?

— Я не читала свой контракт. Когда работаешь с Максимом, совершенно не нужно этого делать. Если я захочу выйти замуж и родить ребенка, я это сделаю завтра же. Вопрос в том, что я Максима никогда не подведу. Просто ему об этом скажу. Думаю, он ответил бы мне так: «Ну давай запланируем, когда это лучше сделать». Мы не в тюрьме и не в кабале, у нас все делают что хотят. Я живу сердцем и считаю, что пока не готова к детям и семье. Я живу музыкой. Это то, что меня вдохновляет, то, почему я пишу стихи. Музыка — моя огромная любовь.

— Кстати, о стихах. Ваша книга не вышла еще?

— Мы планируем выпустить ее весной, в нее войдут только отдельные стихи. Не будет тех, которые я написала для песен. Я к этому отношусь очень трепетно. Не могу оценивать себя, но надеюсь, что получится достойно. Терпеть не могу графоманства.

— Что с вашим сольным англоязычным проектом Molly? Он не заморожен?

— Нет, мы работаем. Делаем все потихоньку. Год назад мы записали трек и решили его выпустить, а сейчас пишем альбом.

— Однажды я был свидетелем, как песню Mama Lover крутили на испанском радио целый день. Каковы масштабы зарубежной экспансии группы Serebro?

— У нас вышел альбом в Японии, очень популярный. Песня Mi Mi Mi даже возглавляла танцевальный чарт в японском iTunes. Летом у меня был отпуск на Бали, и со мной все время люди фоткались — местные, не русские. Особенно было непривычно, когда они едут на мопедах, а потом резко останавливаются и подбегают сфоткаться. Конечно, было очень приятно.

— Вы в группе главная? Вы самая опытная, вы пишете тексты…

— Ничего такого! Да, я пишу с Максимом вместе, но этим не кичусь. У нас в коллективе потрясающая внутренняя атмосфера.

— И Максим не диктатор?

— Главный, конечно, Макс. Но что такое главный? Макс появляется, когда нужно решение принять. Но он дает нам свободу. Он может требовать профессионализма, но, мне кажется, это нормально. А в целом у нас очень круто. Я кайфую.

Ольга-Серябкина-и-Максим-Фадеев
В музыку своего босса Максима Фадеева Ольга верит безоговорочно: «Иначе не споешь хорошо и тем более не напишешь слова». Фото: instagram.com

— Вы как-то говорили — в шутку, наверное, — что мечтаете подарить Максиму статуэтку Grammy.

— Почему в шутку? Вместе с Максом мы ежедневно работаем в студии. Делаем много музыки не только для Serebro, но и для других артистов Максима. И Максим записывает свою сольную пластинку. На английском языке тексты для него пишу я. Да, я надеюсь не уйти из профессии до момента, пока я не принесу Максиму Grammy. Очень приятно, что уже третий американский фильм использует нашу песню Mi Mi Mi. Вот только что вышел «Джем и Голограммы», до этого был «Шпион». Это не какие-то наши усилия — люди слышат, им нравится.

— В ваших стихах много вас самой? Помимо дерзких, хулиганских песен у вас есть лирические, грустные. «Я устала любить пустоту — похоже, впервые» — это ваши переживания?

— Абсолютно. Песня «Перепутала» сопряжена с моим расставанием с парнем. То, что вы слышите — это моя СМС ему.

— Вы стихами эсэмэски пишете?

— Нет, писала я ему обычную СМС. А потом передала свои чувства в стихах. Думаю, когда он услышал эту песню, все понял.

— И застрелился…

— Вряд ли. Я думаю, ему это польстило. Но мне не важно это. Я была с ним честна, и в этой песне тоже. «Я перепутала — думала, что любовь. Но оказалось — неправильно».

«Не сдерживаюсь ни в хорошем, ни в плохом»

— Несмотря на то что вы давно на сцене, о вашей семье почти ничего не известно. Кто ваши родители?

— Папа — военный, мама — инженер. Оба окончили музыкальные школы. У мамы идеальный слух — она играет на пианино, на гитаре. Мы росли в очень музыкальной обстановке. Брат окончил университет информатики и связи, притом что тоже отучился в музыкальной школе. На пианино он, кстати, играет лучше, чем я. Я никого не скрываю, но они люди непубличные. Моим родителям нравится, чем я занимаюсь. Они гордятся тем, что я пою. И мой брат тоже очень гордится мной. Короче говоря, у меня в этом смысле все прямо.

— Рано или поздно вы выйдете замуж. Какой вы видите свою будущую свадьбу — тихую, для своих, или на публику, с привлечением прессы?

— Я не сторонник жизни напоказ. С другой стороны, я не знаю, кто будет мой муж. Может, получится так, что это невозможно будет скрыть. Я не люблю ничего загадывать. Никогда не мечтала постоять в белом платье. Если его не будет, мне и не нужно. Для меня важнее суть. Я могу себе представить свою жизнь и с человеком публичным, и с человеком, далеким от музыки. Но пока такого человека нет.

— Складывается ощущение, что вы очень цельный, сильный, уверенный в себе человек — знающий, как, что, зачем и почему. Вы себя ощущаете такой?

— Я не стараюсь быть сильной специально. Если у вас складывается такое ощущение, это не потому, что я сейчас крутая и всех могу победить. Но то, что я знаю, чего хочу, — это правда. Точнее, я чувствую, чего хочу. Я иду за сердцем. Если мне плохо, об этом знают близкие люди. Часто плачу, знаете ли. Ну как плачу? Я просто никогда не сдерживаюсь — ни в хорошем, ни в плохом. Вот и все.


Личное дело

Ольга Серябкина родилась 12 апреля 1985 года в Москве. Окончила Институт международного права и экономики имени А. С. Грибоедова (переводчик с английского и немецкого языков), отделение эстрадного пения школы искусств. Солистка группы Serebro, которую продюсер Максим Фадеев создал в 2007 году. Автор текстов большинства песен группы. В начале 2015 года занялась сольной карьерой под псевдонимом Holy Molly (музыкальный стиль — поп-хип-хоп).

О чем кино?

Работящий сотрудник ДПС Петр Васютин (Дмитрий Нагиев) никак не женится. Но у его родителей (Инна Чурикова и Михаил Боярский) все-таки есть надежда остепенить сына, если он сделает предложение кассирше бензоколонки Оле (Юлия Александрова). Но все планы рушит поп-звезда Алина Шепот (Ольга Серябкина) — будучи сильно подшофе, она врезается на своем авто в машину Пети. Дабы уйти от ответственности, ушлая певица пытается охмурить Васютина. В «Самом лучшем дне» поют разные хиты. Авторы определяют жанр картины как «караоке-комедия» (на экране будут тексты песен, как и положено в караоке).

«Самый лучший день»
В кинотеатрах с 24 декабря


Интересно? Поделись с друзьями:
Хочешь обсудить? Пиши!
Flipboard
Сейчас ты
читаешь:
Ольга Серябкина: «Меня предали — я простила. И отпустила из сердца навсегда»
Интересно?
Поделись с друзьями: