фото: НТВ
Интервью

Петр Кулешов: «Перед знакомством с дочерью пришлось крепко выпить»

Бессменный ведущий программы «Своя игра» откровенно рассказал о своих страхах, неудачах и вредных привычках.

Для большинства телезрителей Петр Кулешов — лицо интеллектуального шоу «Своя игра», которое идет на канале НТВ. Однако в его послужном списке не только вопросы из категории «Материки за 300» — в разные годы Петр вел программы об экономике, политике и даже пел в ресторанах.

«Здесь у нас было две любовницы»

— Биография у вас — ярче не придумаешь. Не все, кстати, знают о том, что у вас актерское образование…

— Это получилось случайно. Еще не окончив школу, я стал ходить с приятелем на прослушивания. Он был старше меня на год и уже мог поступать в институт. Я же ходил с ним, чтобы ему не было страшно. И тут мне стали говорить: «Проходите на следующий тур». Я отвечаю: «Куда же мне? У меня нет аттестата о среднем образовании». И вот как-то так сложилось…

— А родители как это приняли? Ваша мама ведь математик?

— Она учитель математики. Сын я был беспутный и в общем-то по части серьезных наук бездарный, так что мама спокойно к этому отнеслась.

— Поступил — и слава богу?

— Ну да. Тем более в то время это было достаточно тяжело. Если не ошибаюсь, в театральные вузы конкурс среди девушек на одно место был 160 человек, среди мужчин — больше ста. Так что мое поступление — это было круто.

Петр Кулешов, Своя игра
«Свою игру» Петр ведет уже почти четверть века. фото: PhotoXPress.ru

— А в чем, кстати, выражалось ваше беспутное детство?

— Я был абсолютно уверенным троечником в школе и точные науки вообще никак не мог постигать. Как я окончил десятый класс с более-менее приличными оценками — одному богу известно. Очень плохо учился.

— Это правда, что ваш дедушка был артистом?

— Нет, он был гримером, работал в Малом театре. Он умер, когда мне было лет десять. Но впоследствии я понял, что он был достаточно легендарной личностью в театральной среде. Дедушка преподавал в ГИТИСе, любил взять студентов и повести их в ресторан «Метрополь». У него даже была кличка — Поль. Актеры старшего поколения мне потом говорили: «Ты внук Поля? Да ты что?! Как интересно!» Он был личностью, бонвиваном: «Метрополь», дамы. Бабушка смотрела телевизор и говорила: «Что это показывают?» Я отвечал: «Спектакль провинциального театра». Она: «Какого?» Я: «Саратовского, бабушка». Она: «Здесь у нас было две любовницы…»

— Неужели дедушкиной зарплаты гримера хватало на то, чтобы отвести студентов в «Метрополь»?

— Он был нечестен с государством — подпольно делал парики. У него в подвале Малого театра сидели люди и фигачили их. Судя по всему, это приносило неплохой доход.

— В интернете есть информация, что у вас среди родственников были певцы…

— Моя бабушка была пианисткой. Ее дочь, моя тетя — лауреат международных конкурсов. Но на этом творческие люди в моей семье закончились. Отец отца был директором завода «Станколит» долгие годы. Сейчас в Савеловском районе Москвы расположены торговые комплексы, а раньше это был завод. Вот мой дед лет тридцать, наверное, был директором этого предприятия.

Петр Кулешов, Дорогая редакция
В послужном списке ведущего множество проектов, в том числе и уже подзабытая программа «Дорогая редакция». фото: YouTube.com

— Ваше детство в Москве прошло в том же районе?

— Неподалеку — в начале Дмитровского шоссе, около гостиницы «Молодежная», я помню, как ее построили к Олимпиаде-1980. Мы мальчишками лазили по стройке. В свое время это было едва ли не самое высокое здание, не считая, конечно, сталинских высоток. Мы безобразничали, естественно, как могли, курили в подворотнях и в подъездах. А сейчас, страшно сказать, я живу практически там же, где родился.

— Это случайно получилось или вы осознанно хотели остаться в этом районе?

— Ну нет, меня жизнь помотала. Но когда появились какие-то совсем небольшие деньги после очередных разводов, я решил купить маленькую-маленькую квартирку в том же доме, где жили мои родители, чтобы за ними ухаживать. Потому что они к этому моменту сделались уже старенькими.

«На одном канале вещал об экономике, на другом изображал клоуна»

— А что у вас была за история с выступлением в кабаке в Мытищах?

— Ну да, было такое. И не только в Мытищах. Я тогда был совсем, можно сказать, маленьким. Тогда существовало МОМА — Московское объединение музыкальных ансамблей, какой-то своеобразный профсоюз кабацких музыкантов. Принцип был такой. Дабы ресторанные музыканты не прикипали к какому-то определенному месту, их все время меняли. Поработали люди в каком-нибудь ресторане на улице Горького, и, чтобы им жизнь сахаром не казалась, их отправляли потом куда-нибудь на окраину.

Петр Кулешов, Иван Ургант
В гостях у Ивана Урганта рулевому «Своей игры» сложно было сохранять невозмутимое выражение лица. фото: Первый канал

Я пел, играл на клавишных инструментах. Я был такой неофициальный певец. Объясню. Тогда каждому коллективу нужно было исполнять некоторое количество песен советских композиторов. Тот коллектив, в котором участвовал я, возглавляла дама — красавица и певунья, ей было на тот момент слегка за тридцать, и она была владелицей аппаратуры. То есть это были ее колонки, ее усилители и все такое прочее. Она приезжала к началу выступления, пела дивным сопрано «Засыпает Москва, стали синими дали». И это не приносило ровным счетом никаких доходов. Но это нужно было для того, чтобы соответствовать облику советского музыканта. А после этого шло все остальное — итальянская эстрада, «Сулико», «Хава нагила». Все, что нравится публике, — за три, пять или даже десять рублей, положенные на барабан. И вот все это исполнял я.

— Интересная у вас жизнь! И там успели, и тут…

— …а в итоге — нигде.

— Не скромничайте! У вас ведь на ТВ была куча проектов…

— Это был совершеннейший парадокс. Вот времена-то были! Выходила на НТВ «Своя игра». Одновременно с ней каждый день на канале «Россия» программа «Деловая Россия», где я сидел и умно рассказывал об индексе Доу — Джонса.

Петр Кулешов, Алексей Серебряков, Забавы молодых, 1987
У Петра не только актерское образование, но и приличная фильмография (с Алексеем Серебряковым в картине «Забавы молодых», 1987 г.). Кадр из фильма

— Вы понимали вообще, о чем вы рассказываете?

— Пришлось понять какие-то основы экономики. А поначалу я, конечно, прикидывался. Помню, первый раз иду в прямой эфир и спрашиваю: «О чем мне говорить? Вот сейчас сядет какой-то ученый муж, экономист серьезный». Мне отвечают: «Тема очень простая — мониторинг инвестиционного климата». Стоит ли говорить, что из этих трех слов я с трудом понимал лишь значение слова «климат»?

В общем, было две программы — «Своя игра» и «Деловая Россия». Сейчас это сложно представить — чтобы человек одновременно появлялся на двух федеральных каналах. Но хотя бы одна программа не противоречила другой. Вроде как умный человек. Но в это же время на канале «ТВ-6» выходила смешная передача, которая называлась «Раз в неделю», — это была такая проматерь «О.С.П.-студии». Я там появлялся в образе одного из клоунов. И все это как-то сходило мне с рук.

— От какой работы вы больше получали удовольствия?

— А я вам честно скажу — никогда не получал большого удовольствия от публичных выступлений. Я этим зарабатываю с детства, но удовольствия я от этого не имею. Как бы вам это сказать… Я большой трус. Сделавшись актером к двадцати годам, я совершенно искренне боялся любой премьеры. Много раз зарекался садиться в прямой эфир. Хотя постоянно в него попадал — где-то в течение полутора лет был ведущим программы «Дата» на канале ТВЦ. Час прямого эфира! Мне доставляло особое удовольствие приехать минут за пять до эфира, чтобы не успеть даже загримироваться. На ходу я надевал на себя микрофончик, не зная даже, о чем сейчас будет эфир. Пожалуй, это действительное доставляло мне удовольствие какой-то своей непредсказуемостью.

«Я — отец сессионный»

— Вы как-то сказали: «Я, к сожалению, не отношусь к типу счастливых людей, которые могут с оптимизмом смотреть в будущее».

— Да, это так. Я просто чемпион мира по пессимизму. Как-то так сложилось. Никогда не строил никаких долгоиграющих планов. Я понимаю, сейчас мне 52 года, и строить планы вообще было бы смешно, но так было всегда…

— Это мешает или помогает?

— Ну, очевидно, помогает, если я еще живу с моей кучей вредных привычек и всего остального.

Дочь Петра Кулешова
С дочерью Полиной Кулешов познакомился, когда ей было 15 лет. Сейчас девушке 26. фото: suchkova_valeria/instagram.com

— А что за вредные привычки?

— Это традиционные вещи для человека моего возраста и моего поколения — курение, алкоголь и какое-то подчеркнуто наплевательское отношение к своему здоровью. Вообще я для дилетанта неплохо подкован в медицине. Особенно по части сердечно-сосудистых заболеваний и психиатрии.

Существует такая история, как запретительная терапия. Это когда человеку в организм подсаживают какое-то вещество, детонатор, который совершенно несовместим с алкоголем. И когда алкоголь все-таки попадает, это вызывает чудовищную аллергическую реакцию. Во времена моей молодости это называлось «зашить». Потом это почему-то стали называть чудесным словом «закодировать». Хотя в общем-то это вполне себе медицинская процедура. Так вот, я прибегал к этой истории. Но вы же сами понимаете, когда у человека с пытливым умом находится в организме некое вещество, он пытается понять: а что же это такое? Как его убрать? Так что запретительная терапия — это удивительно хороший метод борьбы с вредными привычками для, скажем так, непытливых и непросвещенных людей. У меня есть знакомый крановщик. Его один раз в жизни 25 лет назад зашили — и все, он не пьет.

— С возрастом появляется желание как-то по-другому относиться к здоровью?

— У меня первые друзья стали умирать от вредных привычек, когда мне было лет 20, поэтому я как-то адаптировался к потерям. А вообще я достаточно давно горстями ем таблетки. Мне в свое время знакомая дама, врач-кардиолог, рассказывала о том, как ее пациентка, немолодая, пьющая и курящая женщина с низким сиплым неприятным голосом, говорит ей: «Голуба моя, ну давайте мне отменим какие-нибудь таблетки. Я замучилась их горстями принимать». Она говорит: «Ну вот перестаньте хотя бы курить две пачки в день. Курите одну». Она говорит: «Да вы что?!» Как сказал один персонаж «Заповедника» Довлатова, «так же и душа снизойдет».

«Я пел все, что нравилось публике, — за три, за пять и даже за десять рублей»

— С дочерью вы беседы проводите? Мол, не делай, как папа?

— Я — отец сессионный. С дочерью познакомился, когда ей было 15 или 16 лет. И у нее как-то не возникло желание отягощать себя вредными привычками. Как всякий человек своего поколения, она как раз за здоровый образ жизни и за удивительные… как же это называется? Филлеры!

— Филлеры — это же для лица?

— Да, она любит все эти штуки и меня уговаривает. «Вколите, — говорит, — вколите себе ботокс».

— Она с отцом на вы?!

— Как-то повелось. Я с ней на ты. Хотя мог бы и говорить ей: «Здравствуйте, Полина Петровна».

— Помните свои ощущения в тот момент, когда начали общаться с ней?

— Я очень хорошо помню нашу первую встречу. Мне пришлось крепко выпить для того, чтобы это пережить. Впрочем, это все происходило в атмосфере такого искреннего волнения, что никто ничего не заметил.

— Встретиться с вами — это было ее желание?

— Мое. Я совершенно не знаю, что такое соцсети. Но одна моя знакомая ее обнаружила. Как-то раз щелкнула по экрану компьютера и сказала: «Ты знаешь, по-моему, это твоя дочь». И мы связались с ней.

— Вы уже 24 года ведете «Свою игру». Не устали от нее?

— Нет. Видите ли, все подобные передачи снимаются циклами, блоками. Так что нет усталости от бесконечного процесса. Иногда кто-то смотрит программу в моем присутствии, я пробегаю мимо, мне говорят: «Слушай, а кто здесь выиграл?». А я искренне не помню! Потому что снимается все одним большим валом.

— Какие у вас сейчас проекты, помимо «Своей игры»?

— Чуть-чуть преподаю, чуть-чуть начитываю аудиокниги. Как и все телевизионные люди, принимаю участие в каких-то там корпоративных проектах. Помните пьесу Вампилова «Старший сын»? Ее при постановке в каком-то театре очень здорово назвали: «Я играю на похоронах и танцах». И на вопрос «Что вы делаете между съемочными циклами?» я отвечаю: играю на похоронах и танцах.


Личное дело

Петр Кулешов родился 20 апреля 1966 года в Москве. Окончил ГИТИС по специальности «актер драматического театра и кино», работал в Московской государственной филармонии, в Театре песни Аллы Пугачевой, был актером в театре «Модернъ». С 1992 года работает на телевидении. Вел программы «Деловая Россия», «Дорогая редакция», «Дата», «Офис» и множество других. С 1994 года — ведущий «Своей игры» на НТВ. Лауреат премии ТЭФИ в номинации «Ведущий телевизионной игры».

Был женат пять раз. В третьем браке родилась дочь Полина Коккинаки, которой сейчас 26 лет.


Интересно? Поделись с друзьями:
Хочешь обсудить? Пиши! Комментировать
Загрузка...
Flipboard
Сейчас ты
читаешь:
Петр Кулешов: «Перед знакомством с дочерью пришлось крепко выпить»
Интересно?
Поделись с друзьями: