Виталий Хаев: «Выскочил на сцену нагишом — чего не сделаешь ради искусства?»

Известный артист - о футболе, вакцине и виртуальной реальности.

Виталий Хаев: «Выскочил на сцену нагишом — чего не сделаешь ради искусства?»
Виталий Хаев снялся в сериале «Московский роман». Фото: globallookpress

Зрители любят Виталия Хаева за харизму, характерные роли и пламенные монологи. Один из таких прозвучал в фильме «Изображая жертву» и был, в частности, посвящен положению дел в российском футболе — этот эпизод бродит по сети вне контекста картины уже 15 лет, не теряя актуальности.

На этой неделе у актера очередная премьера — одна из ключевых ролей в уже стартовавшем на канале «Россия 1» сериале «Московский роман» по сценарию писательницы Марины Степновой.

«Дети заставили завести Инстаграм»

— Виталий, в «Московском романе» у вас роль предпринимателя, коих вам выпадало играть уже не раз. В чем отличие этого персонажа от других?

— Иван Иванович — бизнесмен старой школы, скажем так. Поскольку действие сюжета развивается и в перестроечное время, и в 90-е, и в наше время, он присутствует в трех временных отрезках. То есть герой представлен в разном возрасте. И основная коллизия в том, что он отец одной из главных героинь (Светлана Устинова). Что важно, отец-одиночка. Дочь он растил без мамы, отношения их складывались непросто. Нельзя сказать, что он тиран, но любил ее по-своему. То есть в семье он патриарх. И вместе со своей хорошей знакомой Марианной (Мария Шукшина) решает выдать дочь замуж за ее сына Юру (Алексей Чадов).

В сериале «Московский роман» партнершей актера стала Мария Шукшина. Фото: кадр из фильма
В сериале «Московский роман» партнершей актера стала Мария Шукшина. Фото: кадр из фильма

— Довольно авторитарно…

— Ну да, он такой. Уверен, что видит лучшую долю для дочери, и пытается сделать все для нее. Он воспитывал ее в довольно старорежимном стиле и замуж выдает за того, кого считает лучшей парой.

— В какой из этих трех эпох было комфортнее вам?

— Восьмидесятые — моя юность (актер родился 1 июня 1965 года. — Ред.). Это такой возраст, когда все нравится и везде хорошо. Мы не задумывались о политике и о том, что будет дальше. Не замечали изменений в стране, жили и жили. Прекрасное было время…

— Чем оно отличается от нынешнего? На настоящем сломе эпох, который мы переживаем, наступило время торжествующих профанов. В музыке побеждают дилетанты формата Моргенштерна, в театр пришла Ольга Бузова (теледива сыграла в постановке «Чудесный грузин» во МХАТе им. Горького. — Ред.)…

— Совершенно верно. Я скучаю по тому времени, потому что непрофессионал не мог попасть ни на сцену, ни в кино. Так не бывало. Сейчас все сильно поменялось. Хотелось бы, чтоб каждый занимался своим делом, но мир ушел очень далеко. Вот в детстве читал книгу советского фантаста Александра Беляева «Голова профессора Доуэля», где оживляли голову и она разговаривала через видеотелефон. Человек разговаривал по телефону и видел собеседника — тогда это казалось просто невообразимым.

Фантастика в настоящем смысле. Прошло не так много времени: и вот скайп, айфон, связь любого формата. То же и со сферами искусства — все стремительно видоизменяется. Молодежь совсем другая. Мы стреляли по банкам и кидали камни, а они играют в GTA (видеоигра, симулятор реальности, где можно проживать жизнь за героя. — Ред.).

— Технологии — это одно. Но ведь на профессию это тоже накладывает отпечаток? С вами в спектакле «Женитьба» играла телеведущая Ксения Собчак. Такие нововведения повлияли на ваше решение уйти из театра?

— Нет, повлияла не конкретная Ксения Собчак. Просто я начал чувствовать, в какую сторону стал меняться театр. Где-то сохранялся традиционный подход, но в основном везде появились условные Константины Богомоловы. И это нормально.

Я за изменения. Но они должны нести идею, смысл, пользу. Взять и просто вмонтировать Бузову в театр, чтобы пришел народ? Это смешно. И не про искусство. Маркетинг и — новое слово — хайп. Делайте что хотите, но без меня. К сожалению, как я вижу, на смену уходящей эпохе русского и советского театра не приходит ничего достойного. Видимо, мы недотягиваем до того самого уровня, поэтому он безвозвратно исчезнет. Нравится или нет, придется привыкать. Поэтому у меня и Инстаграм появился (смеется). Дети заставили.

— Вы ведь тоже участвовали в смелых экспериментах, выбегая без одежды на сцену в спектакле «Киллер Джо» Театра наций…

— Первое мужское обнажение. Очень смешно! (Хохочет.) Потому что Юлия Пересильд перед моим выходом стояла на сцене голой минуты три-четыре, а потом я выскакивал на секунду нагишом, и все писали только про гениталии Хаева. Что это такое?!

— Потрясли, так сказать…

— Наоборот. Зритель еще не был подготовлен. Не было этого в культуре, в привычках. Я и тогда был против. Но чего не сделаешь ради искусства?

— В настоящий момент возвращение в театр не рассматриваете? Устали?

— Не то чтобы устал… По-разному было в жизни. В один период очень плотно посвятил себя театру. Затем больше стал сниматься в кино, но сцену не оставлял. Сейчас мне нравится сниматься — обожаю съемки. Принял решение преимущественно работать в кино. Но я не говорю, что никогда в жизни не вернусь в театр.

«Я выздоровел от сборной России»

Виталий рад, что его сыновья Влад (справа) и Георгий предпочитают реальный мир виртуальному. Фото: Инстаграм
Виталий рад, что его сыновья Влад (справа) и Георгий предпочитают реальный мир виртуальному. Фото: Инстаграм

— 15 лет назад был снят фильм «Изображая жертву», а ваш монолог оттуда про футбол и Россию как никогда актуален. Вы тогда понимали, что он пророческий? И не добавляли ли реплик от себя в порыве экспрессии?

— Нет, добавлять было невозможно. Братья Пресняковы (Олег и Владимир, уральские сценаристы и драматурги. — Ред.) настолько виртуозно владеют словом, что текст буквально льется из актера. Мы подружились с ними в МХТ им. Чехова, когда они написали пьесу «Терроризм». А потом они приносят «Изображая жертву», в которую даже была вставлена история из моей жизни — времен, когда я служил во флоте.

И когда я прочитал монолог, то обалдел. На сцене никто тогда матом не ругался. Нельзя было. Я говорю: «Вы сошли с ума!» Но я начал учить текст, готовиться, а потом прихожу к ним и спрашиваю: «У вас тут через слово *** написано. Можно я пару реплик уберу?» И тут они отвечают: «Виталий, если ты уберешь хоть одно матерное слово, это будет мат. А если прочтешь то, как написано, это будет джаз». Слова расставлены, как ноты в партитуре, по которым кайфово играть.

Что касается пророческого монолога (герой Хаева, капитан милиции, в порыве бессилия кричит на окружающих и коллег, обвиняя их в полной бездарности, некомпетентности и развале страны путем размножения тупости; упоминаются и провалы футбольной сборной России. — Ред.), то всегда так было.

— Вы про футбол?

— Да. Я уже выздоровел от сборной России. Абсолютно! Не могу сказать, что я фанат, но с детства мальчишкой как-то принято было болеть за наших. Но после пережитого опыта и накопленного эффекта боления за сборную, каким бы патриотом я ни был, просто перестал болеть. И все. Тот монолог вылился лозунгом того, что я реально про них думал.

Не знаю, что не так: играть не умеют или тренироваться не хотят, называйте как хотите. Сын подсадил меня на английскую Премьер-лигу, там интересно. Российский футбол не смотрю.

— Прозвучавшая тогда фраза «Откуда вы все вообще прилетели?!» тоже актуальна?

— Это, грубо говоря, обращение нашего поколения к нынешнему. К инопланетянам. Проблема ведь не в Бузовой. Бывают новости и пострашнее. Проблема в том, что миллионы людей верят в то, что это и есть театр. За последнее время при помощи соцсетей сформировалась некая виртуальная реальность, внутри которой живут девочки и мальчики, всерьез считающие, что число подписчиков в Инстаграме и есть цель в жизни. Не создавать, учиться, придумывать, а наращивать аудиторию, как Бузова.

— Ваших взрослых сыновей обошла эта цифровая одержимость?

— Наверно, это их выбор, но виртуальным миром они не живут. Да, конечно, пользуются компьютером и соцсетями. Младший (Георгий, 16 лет) может и в игры поиграть. Но без фанатизма. Старший (Влад, 22 года), к примеру, читает книги, что в наше время уже редкость, если не исключение. Практически не пользуется Инстаграмом. И мне нравится, что они живут в реальности.

— Владислав связан с кино?

— Только попробовал. Он окончил Высшую школу экономики и пошел работать на съемочную площадку администратором. Так сказать, чтобы вкусить все прелести процесса. Хлебнул от души, посмотрел и сказал, что, пожалуй, найдет что-нибудь другое: «Нет, пап, мне хватило одного года романтики». Тут же устроился в отличную фирму, где хорошо платят. Все же думают, что кино это сказка. А это работа, пахота, заводские смены до ночи.

— Георгий доучивается в школе?

— Еще год ему учиться, да. Оканчивает гимназию. И в его случае никак не влиял на выбор, честно не хотел, чтобы они лезли в профессию, но он сам пошел пробовать себя в городском театре. Читает стихи, ездит на конкурсы. Хочет стать артистом. Играет в Обнинском театре, и ему нравится.

— Ну а теперь давайте о главном: как относитесь к вакцине? Прививались?

— Я привился «Спутником» одним из первых, потому что мне нужно было работать с людьми. Время прошло, наверно, надо привиться еще раз. Другого выхода нет. Можем спорить о правах и свободе, но люди умирают каждый день. Вирус припер нас к стенке. Надо или идти, или сидеть дома, прятаться.

  • «Московский роман», среда — пятница в 21.20

Смотрите также: