Звезда «Склифосовского» Мария Куликова о новом сезоне сериала: «Аверин — мой любимый партнер, у нас такой бэкграунд»

В интервью Teleprogramma.pro актриса рассказала о съемках в условиях пандемии, поедании вкусностей и животной привязанности к Максиму Аверину.

Звезда «Склифосовского» Мария Куликова о новом сезоне сериала: «Аверин — мой любимый партнер, у нас такой бэкграунд»
Мария Куликова и Максим Аверин. Фото: канал «Россия»

На канале «Россия» стартует уже восьмой сезон знаменитого медицинского сериала «Склифосовский». В новых сериях зрителю придется изрядно поволноваться за любимых героев. Так, по сюжету, доктор Брагин (Максим Аверин) столкнется с серьезной болезнью, а его жена Марина Нарочинская (Мария Куликова) снова будет готова поднять на уши всю медицину. Однако Брагин как всегда умудряется сохранять оптимизм и чувство самоиронии.

Накануне выхода сериала Teleprogramma.pro поговорила с исполнительницей главной роли Марины Нарочинской Марией Куликовой. В интервью нашему изданию актриса рассказала о самых экстремальных съемках, влиянии на проект пандемии и лучших качествах Максима Аверина.

Мария Куликова в сериале «Склифосовский-8». Фото:
Мария Куликова в сериале «Склифосовский-8». Фото: канал «Россия»

«Самолечение – бич нашего времени»

— Мария, недавно одна из зрительниц по имени Татьяна написала отзыв, в котором рассказала, что ее дочери потребовалась сложная нейрохирургическая операция. При этом прогнозы врачей казались неутешительными. И тут она вспомнила, что в сериале «Склифосовский» видела аппарат, позволяющий проводить подобные операции без большого риска и напомнила о нем врачам. Это и спасло ее дочь. Часто ли получаете подобные отзывы? И какой из них наиболее запомнился?

— Такие комплименты я получаю регулярно. Очень радостно то, что люди с такой теплотой отнеслись к нашим героям. Но этот случай был, скорее, исключением, потому что большинство людей все-таки безоговорочно доверяют врачам, а не сериальным персонажам. Но здесь мы умудрились немного помочь зрителям дистанционно.

— А вы сами за годы съемок не научились ставить диагнозы?

— Моя героиня все-таки нейрохирург и занимается сложной медициной (смеется). Но благодаря съемкам в сериале я научилась тому, что нужно доверять себя профессионалам. У нас очень многие любят заниматься самолечением, что, конечно, — бич нашего времени. Люди не следят за своим здоровьем, думая, что сейчас все само пройдет. Это заложено в нашей ментальности.

Наш консультант, профессиональный врач, сказал, что к болезни нужно относиться с пристройкой сверху. Не то чтобы ты узнаешь какой-то диагноз, тебе становится страшно, и ты опускаешь руки, а с позиции: «Я узнал – рано или вовремя. И сейчас я тебя сгною, гадкая болячка». Шансы победить болезнь с оптимистичным настроем возрастают. Поэтому, как только что-то беспокоит, я сразу даю совет обращаться к врачу.

Разумом я это все понимаю, но сама тяну до последнего. На себя мы обращаем внимание в последнюю очередь, а это ведь неправильный подход. Даже в самолетах говорят: «Сначала наденьте маску на себя, а уже потом на ребенка». Это же все не просто так.

Кадр из сериала «Склифосовский-8». Фото:
Кадр из сериала «Склифосовский-8». Фото: канал «Россия»

«В гримерном цеху лежат руки, ноги, младенцы с пуповиной»

— Я знаю, что в восьмом сезоне было много экстремальных съемок. Расскажите, пожалуйста, об одной из них…

— Например, мы снимали сцену, когда в доме взорвался бытовой газ. К сожалению, в нашей стране это происходит довольно часто. Но как любая натурная зимняя экстремальная съемка такая съемка всегда сложна. Мы показали, как вылетают оконные рамы, образуется пыль и песок.

Такой масштабный эпизод снимался не один день. В съемках использовались дроны, было задействовано много артистов массовых сцен. Все это, конечно, тяжко, когда ты целый день находишься на улице – по 12-14 часов. Это тяжелый, но интересный труд, потому что именно в этом сезоне я проводила больше времени в павильонах и операционных. Поэтому это был для меня кайф, в прямом смысле как глоток свежего воздуха. Я уверена, что это будет яркий эпизод, поскольку мы постарались сделать его максимально экстремально.

— Один из ваших силиконовых манекенов, получивший прозвище «тело», за период первого сезона пережил 80 операций. А какие еще персонажи реквизита дошли до восьмого сезона?

— Вообще, реквизит достаточно быстро выходит из строя. Потому что мы и шьем по-настоящему, и используем настоящий скальпель. Все это быстро приходит в негодность, поэтому никаких супертрофеев нет.

Мы пользуемся стандартным набором, когда ты приходишь в гримерный цех, а там лежат руки, ноги, младенцы с пуповиной, разрезанный живот, стоит кровь в банках. Но все уже давно к этому привыкли. Никто уже не шарахается, и все достаточно спокойно обедают рядом с этим реквизитом.

— А вы случайно не прихватили себе что-нибудь на память о съемках?  

— У меня еще с какого-то сезона лежит моя медицинская форма, потому что тогда все почему-то были уверены, что больше мы снимать не будем. И нас спросили: «Кто хочет взять форму?» А я почему-то так прикипела к ней. Дома положила форму в шкаф отдельным номером и периодически на нее смотрю. Ну и бейджик с именем героини – Нарочинская Марина Владимировна, зав. отделением нейрохирургии. Выбрасывать форму, конечно, жалко. Когда я ее вижу, то всегда улыбаюсь, потому что воспоминания, связанные с этой историей, просто потрясающие.

«Страха перед пандемией на съемках не было»

— Кто-то подсчитал, что за время съемок сериала актеры съели 30 тортиков. А какими вкусностями вы порадовали себя в восьмом сезоне?   

— Я в принципе всегда стараюсь принести что-то вкусненькое. И дело касается не только тортов. Я еду на съемки, как в свою семью, с ощущением того, что нужно притащить своим что-то вкусное. Мы делаем и зачетные «бутеры» с творожным сыром, соленой семгой, свежим огурчиком, зерновым хлебом. У меня какой-то пунктик, своего рода сублимация, поскольку довольно часто во время съемок я сижу на бесконечных диетах. И мне, видимо, хочется, чтобы счастливы были все вокруг.

Иногда накануне я специально иду в магазин или же утром перед съемками говорю водителю: «А давайте выйдем на 10-15 минут раньше. Я бы хотела зайти в магазинчик». И уже там я и разгуливаюсь.

— Как снимался сериал во время активности коронавируса? 

— В период пандемии-то мы сидели дома. А уже когда дали послабление, вся группа была в масках. Но снимались то мы без них, потому что с гримом и костюмами это невозможно. Я помню, что страха ни у кого не было. Все так соскучились по нормальной бытовой жизни, по работе. То мы стонем, что необходимо сутками работать, то мы дорвались друг до друга. Единственный момент барьера – когда ты не понимаешь, можно ли обнять человека, которого ты не видел полгода или нет.

Наши продюсеры серьезно подошли к вопросам безопасности. На площадке присутствовали тонны противоковидного добра: маски, специальные перчатки, халаты. То есть у меня возникало ощущение, что мы абсолютно защищены.

Кадр из сериала «Склифосовский-8». Фото:
Кадр из сериала «Склифосовский-8». Фото: канал «Россия»

— Кажется, уже начались съемки девятого сезона…

— Да, мы начали снимать его в конце ноября. Процесс этот непредсказуемый. Иногда мы «встаем» на некоторое время, так что спрогнозировать ничего невозможно. Когда мы начали снимать восьмой сезон, неожиданно грянула пандемия. И мы еще полгода просидели дома. Сейчас снимаем по возможности.

У артистов собирается график на месяц вперед, максимально соединяются какие-то общие сцены, и мы «шарашим». Но, в среднем, съемки идут около полугода. У нас же большой объем 16 серий и очень востребованные артисты в кадре. Я, безусловно, имею в виду не себя, а Максима Аверина, Елену Яковлеву, Костю Юшкевича и других. Очень сложно всех собрать одновременно, чтобы все попали в кадр.

— В СМИ писали, что во время пандемии вы похудели и сменили прическу…

— Во время карантина я здорово отъелась, впрочем, как и в новогодние праздники. Но твое появление в кадре, когда ты видишь себя со стороны, очень стимулирует. И глядя на свое круглое лицо, думаешь: «Боже мой, какой кошмар». А прическу я сменила немного для другого проекта, который возник у меня сразу после пандемии, его съемки проходили в Минске. Продюсерам нужно было сделать так, чтобы я была другая, неузнаваемая. Вы все потом посмотрите на экране, потому что все это очень сложно описать словами.

«На съемках «Склифосовского» я повзрослела»

— В одном из своих интервью вы сказали, что очень стеснительная. А ваша героиня Марина – напротив, жесткая. Стали ли вы более жестче благодаря работе над образом?

— Я вам скажу так: я стала жестче в силу того, что просто повзрослела. Но так как я взрослела параллельно с проектом, а мы снимаем уже практически десять лет, поэтому, возможно, свой отпечаток наложила и роль. Но у меня возникает ощущение, что я просто стала старше. На моем счету есть энное количество потерь, трагедий, к 43 годам ты уже немного закаляешься. Поэтому я бы не связывала все напрямую с этим образом. Просто прошло время…

Кадр из сериала «Склифосовский-8». Фото:
Кадр из сериала «Склифосовский-8». Фото: канал «Россия»

— Но чему вас все-таки научила Марина Нарочинская?

— Мне кажется, это уже такой симбиоз. По большому счету, за столько лет ты присваиваешь себе определенные качества героини, а ее награждаешь своими. Это нормальный творческий процесс, во время которого уже сложно отделить что-либо. Но периодически я слышу фразу: «Я не хочу видеть Машу Куликову, я хочу видеть Марину Нарочинскую». Что я съезжаю на свои бытовые краски, а там все-таки нужен железный характер.

— С кем из актеров вы особенно сдружились за время работы над проектом?    

— Мы все, конечно, очень дружны. А с некоторыми ребятами я даже играю спектакль «Имя». Это Костя Юшкевич, Маша Рыщенкова и Антон Эльдаров. Мы сблизились, потому что гастроли и репетиции – это целая история. Но в принципе мы все действительно очень плотно общаемся, потому что у нас есть так называемое гнездо – это дом нашего художника по гриму, которая очень часто приглашает нас в гости.

Летом мы едем на шашлык, зимой – просто на посиделки. Раньше у нас получалось быстренько собраться, а теперь вот нет, потому что в мире действительно непростая обстановка. И люди стараются особо не собираться в одном помещении в большом количестве на пьянки-гулянки. А так мы общаемся, но боюсь, что я никого не смогу выделить, потому что другие обидятся. Я плотно общаюсь не только с артистами, но и со всей съемочной группой.

Мария Куликова и Максим Аверин. Фото:
Мария Куликова и Максим Аверин. Фото: канал «Россия»

«Максим Аверин – добрый, щедрый и яркий»

— А какие качества Максима Аверина вы цените?

— Не хочется банально все перечислять. Но, прежде всего, он потрясающий партнер, потому что у нас рабочие отношения. Я не хочу никого обидеть, но все-таки Максим – мой любимый партнер. У нас за плечами такой бэкграунд, мы столько лет играем близких людей, что уже на животном уровне возникает какая-то привязанность. А еще он добрый, щедрый, яркий. Это первое, что приходит в голову.

— Как отпраздновали Новый год?

— Дома. Приехали близкие друзья. И в этом году мы даже не пошли в ресторан. Хотя у нас есть традиция устраивать легкий ужин в красивом месте, а потом мы обычно перемещаемся домой. Но в этом году все уже заранее были дома. Изначально я надела мягкий домашний спортивный костюм и сразу всем сказала, что этот год хочу проводить тихо, мягко, спокойно. Чтобы у него не было желания вернуться. Так что у нас все было по-семейному и домашнему.

А на следующий день мы с семьей сразу улетели на отдых, поэтому и не предполагали каких-то активных праздников. Надо было собирать вещи, документы, сейчас на выезд нужно бешеное количество бумаг. И я боялась что-то забыть, поэтому не особо и расслабилась.  Хотела, чтобы все было просто идеально. И поездка действительно получилась классной!

Смотрите новый сезон сериала «Склифосовский» на канале «Россия» с 1 февраля!

Смотрите также