Книги

«Нуур», глава 3. Юрта на девять углов

«Нуур», глава 3. Юрта на девять углов
...- Тетя! Пойдем со мной! Тебя бабуля зовет

…- Тетя! Пойдем со мной! Тебя бабуля зовет! 
— Какая бабуля, девочка?
— Сказала позвать тебя. Прямо сейчас, – и маленькая девочка указала не очень чистым пальчиком на нарядную юрту, в которой по вечерам проводились представления национальной музыки.
«Хорошо, объяснюсь с бабушкой и буду свободна», — наивно понадеялась Натали…

devushka-kon-loshad-snegДорога до самого большого острова на Озере заняла 8 часов на теплоходе. И все это время Озеро гневалось: то нагоняло тучи, то поднимало волны, то обдавало проливным дождем. Я никогда не видела столь грозного и пугающего зрелища, как безжизненные скалистые берега огромного водного гиганта, бесконечная синяя вздыбь воды, непроходимый лес. За 8 часов мы видели на берегах всего несколько палаточных поселений. И это в 21 веке, когда космические корабли бороздят просторы вселенной!

На остров Ольхи мы прибыли поздно вечером, но успели увидеть пронзительный закат над великолепными видами скал. Поселились в небольшом домике гостиничного типа. И я решила прогуляться.

Мало сказать, что меня удивлял окружающий пейзаж. Покосившиеся домики местных жителей, население всей деревни не более 1 600 человек, а таких деревень на острове всего 8, толпы туристов всех рас и вероисповеданий, зазывающие рекламные вывески и коровы, сонно пасущиеся на проезжей части.

Пока я щурилась на солнце, ко мне неожиданно подошла местная девочка. Маленькая, лет трех, с черными косичками и чуть плоским, но  миленьким лицом с выразительными черными глазами.

бурятская девочка

— Тетя! Пойдем со мной! Тебя бабуля зовет! – дернула она меня за край длинной кофты (надо сказать, на острове постоянно дули холодные ветра).

— Какая бабуля, девочка? – я присела перед ней на корточки, чтобы она могла спокойно смотреть мне в лицо. Может быть, девочка обозналась.

— Бабуля там ждет. Сказала позвать тебя. Прямо сейчас, – и девочка указала не очень чистым пальчиком на нарядную юрту, в которой по вечерам проводились представления национальной музыки. «Вход на концерт — 400 рублей», – гласила табличка на входе. — «Магический остров Ольхи – исполнение национальной музыки и юрта-музей».

— Ты же меня не отпустишь? – полушутя спросила я.

Девочка посмотрела на меня своими огромными глазами, в которых было видно совсем не детское упорство. И отрицательно покачала головой. Я поняла и пошла за ней. Бывают такие упрямые дети, которым проще дать, чем объяснить, почему нет. Объяснюсь с бабушкой и буду свободна. Это явное недоразумение, решила я.

Вход в юрту был низким. И мне пришлось наклониться. До вечернего концерта оставалось еще 4 часа. Я вошла и недоуменно остановилась – в юрте никого не было. Тихая музыка от какого-то струнного инструмента тягуче поползла из дальнего угла, закрытого занавеской. За моей спиной незаметно прикрыли дверь.

— Садись к огню, вот сюда, на женскую половину, — услышала я голос за своей спиной и обернулась. Никого не было. Впрочем, общением с невидимками в юрте, оборудованной современной музыкальной техникой, меня было не напугать. За той шторкой, отделяющей гостевую зону от спальни, наверное, спрятался человек, который вещает сейчас в микрофон. Ничего странного, за исключением того, что я единственный зритель на этом представлении.

Я отошла к женской половине. И неуверенно села на коврик перед очагом.

— Разожги огонь! – потребовал голос.

— У меня нет спичек, – пожала я равнодушно плечами.

— Просто поднеси руку к поленьям!

Я наклонилась над местом, где обычно разводили огонь, и протянула руку.

Ничего не происходило. Но я решила подержать руку подольше, такой фокус мне тоже был известен. Когда огонь разгорается неожиданно якобы от руки фокусника.

Однако я была изумлена, когда потухшие  угольки под моей рукой вдруг стали сиять красными искрами, засветились и заиграли огоньками. А уже через мгновение первые языки пламени облизали дрова и жадно обняли их жаром.

Я отпрянула.

— Хорошо, я не ошиблась, – услышала я снова голос за своей спиной и, обернувшись, увидела старую бабку. Она была одета в длинную накидку, обшитую мехом, тканое платье и остроносые тапки. На вид ей было лет 90, не меньше, так высохло ее лицо, но глаза, как у юной девушки, сияли ярко и пытливо.

бурятская бабка

— Вы кто? Ваша внучка позвала меня сюда. Я уверена, это недоразумение… —  начала я тараторить, стараясь поскорее выпутаться из неудобной ситуации.

— Да, все верно! Мне нужна была именно ты, – согласилась бабка. —  Я  должна приготовить тебя к обряду.

— Какому обряду? – ахнула я, предчувствуя что-то нехорошее.

— Позже узнаешь. А сейчас у нас много работы, пока не пришел хозяин, надо все успеть.

— Я не буду, выпустите меня! – запротестовала я и бросилась к двери. Но прошла всего несколько шагов и остановилась в  недоумении. В том месте, где еще пятнадцать минут назад была дверь, теперь была обычная стена, увешанная шкурами и снастями для охоты.

jurta171

— А где?.. – только и смогла вымолвить я. И хотела было подойти к стене и потрогать, вдруг за шкурами спрятана дверь. Но сделала всего шаг, и юрта развернулась вокруг меня так, что стена с бывшей дверью оказалась позади.

— Сколько бы ты не пыталась пройти на мужскую половину – это женщине запрещено, – спокойно прокомментировала хозяйка.

В отчаянье я сделала новую попытку  и шагнула в сторону указанной «мужской половины». Но юрта снова обернулась вокруг своей оси, и я оказалась там же, где стояла минуту назад.

— Ни одна женщина никогда не ступит на мужскую половину юрты, можешь мне поверить, — рассмеялась бабка, показав свои белоснежные, крепкие зубы, которым позавидовал бы любой  завсегдатай дорогих городских стоматологов. — Ну если только … — бабка хитро подмигнула, – хозяин не позовет.

Я поняла, что выбора у меня нет. Либо играть по этим правилам, либо искать девятый угол в юрте, где всегда восемь углов.

— Идем, огонь уже разгорелся, а ты еще не приготовила ужин, – подтолкнула меня бабка.

УЖИН??? Да я своему бывшему мужу ужин ни разу не готовила. Я даже не знаю, с какой стороны подходить к сковородке. Слава богу, что финансы моего благоверного позволяли нам питаться в ресторанах.

Передо мной были аккуратно разложены доска для приготовления теста, мясо в деревянной миске, мука и какие-то неизвестные мне приправы.

Процесс приготовления национального блюда – а это большие пельмени из нескольких видов мяса и большим количеством вкусного сока внутри, – занимает много времени. Бабка старательно учила меня раскатывать тесто и выкладывать мясо, заворачивая его в ровненькие конвертики. Не знаю, сколько прошло времени, мобильник у меня не работал. Но мы приготовили отличный ужин. И сели ждать хозяина. Я же все это время искренне надеялась, что стала жертвой какого-то дурацкого розыгрыша. И разыгрывать меня мог только Олег, странный военный юморок у моего будущего супружника, – злилась я.

Смотреть на гостей и хозяина бабка мне запретила строго-настрого. Но я точно знала, что не удержусь.

Неожиданно послышался за стенами юрты стук копыт и ржание лошадей. Много мужских голосов громко обсуждали что-то, бряцало железо — неужели мечи? Или что там раньше носили при себе воины.  Мы с бабкой поспешили скрыться за шторкой в спальную часть.

Внутрь, с совершенно противоположной стороны, где я предполагала нахождение двери, вошли пятеро высоких – а может, так мне показалось на фоне низкого потолка юрты, – мужчин.

Они шумно расселись на мужской половине, бабка подала им ужин и спиртное (не знаю, что именно они пили, но явно не слабее водки, потому что говорили они все громче, смеялись все безудержнее).  Я заворожено вглядывалась в  гостей. Кто же из них хозяин? Может быть вон тот – с суровым лицом, лет сорока пяти, которому все оказывают знаки почтения. Или этот – молодой воин, который никак не хочет расставаться со своим оружием,  играясь легким охотничьим ножом. То достанет его, то смотрит, как отражается свет костра на клинке, то проверит остроту лезвия или залюбуется ярким камнем на рукоятке.

— Ну что, красавица Юма все еще отказывает тебе? — подзадорил молодого воина один из старших гостей. Судя по всему — юношеская горячность молодого охотника не первый раз становилась предметом шуток, потому что он сразу  вспыхнул и вскочил посередине юрты,  став выше вольготно разлегшихся собеседников.

— Вот увидите, я выслежу рысь — хозяйку лесов и принесу ее шкуру Великому отцу, и он отдаст мне дочь, — и юнец грозно махнул своим остро наточенным ножом, на лезвие которого, как живая кровь, сверкнули отблески огня.

Воины расхохотались, еще больше укоренив обиду в душе молодого охотника. Уже не одну весну просил он руки юной Юмы у ее отца, но все его старания были тщетны. У дочери Великого Отца было другое предназначение, и все в деревне об этом знали.

Излишняя горячность и гордыня делали  незадачливого жениха предметом шуток, а низкий рост мешал производить устрашающее впечатление, какое подобает производить грозному воину. И он уже думал о том, чтобы навсегда покинуть деревню, уйти от тягостных насмешек. Но  однажды услышал сказку о хозяйке леса — рыси, столь умной, хитрой и сильной, что ни один охотник не мечтал уже о ее шкуре. С тех пор он знал, что нужно делать.

— Не давай несбыточных обещаний, Алай, не твоя это добыча — хозяйка леса, — сказал с порога еще один гость.

В юрту, сильно наклонившись, поскольку его рост  был выше, чем у других гостей, вошел еще один человек. И я поразилась тому, насколько он отличался от остальных.

Лицо молодого мужчины было похоже на лицо европейца:  тонкие черты лица, но при этом — мужественный подбородок и  большие, выразительные, карие, а точнее, почти желтые, кошачьи глаза.

Он сразу понравился мне. И судя по возгласам при его приходе, его ждали и были рады видеть. Это и был хозяин.

— Тебе виднее – Баатар, – как-то сник юноша в ответ на слова хозяина, и угрюмо спрятал нож.

Трудно сказать, сколько продолжалось веселье, но меня начало клонить в сон. Дверь не исчезала больше, но преодолеть расстояние до нее через толпу пьяных, вооруженных мужчин я не решалась, и ждала, пока все уснут.

Наконец, гости устали и задремали. Бабка вышла куда-то по поручению хозяина. И я поняла, что настал момент. Сжавшись, по стеночке медленно поползла вдоль юрты, стараясь даже не дышать. Слабый огонь от потухающего костра, слава богу, оставлял достаточно неосвещенными стены, и я почти сливалась с тенью. На этот раз выход не был на мужской половине. И юрта выпустила меня.  

Вот она – долгожданная свобода! Еще шаг. Я со всей силы толкнула дверь и выпала на улицу…

Ледяной холод сибирской зимней ночи схватил меня в свои цепкие когти. Зима???

Продолжение следует… 


Интересно? Поделись с друзьями:
Хочешь обсудить? Пиши!
Загрузка...
Flipboard
Сейчас ты
читаешь:
«Нуур», глава 3. Юрта на девять углов
Интересно?
Поделись с друзьями: