интервью

Дмитрий Шепелев: «Школу и сад Платону выбирал сам. Это моя работа»

Дмитрий Шепелев: «Школу и сад Платону выбирал сам. Это моя работа»
Телеведущий сейчас нарасхват. Его снимают в ток-шоу, его книгу цитируют и обсуждают... Мы решили расспросить самого Дмитрия, как он относится к шумихе. И для чего ему все это.

За два года, в течение которых Жанна Фриске боролась с болезнью, и полтора года после Дмитрий Шепелев не дал ни одного интервью. Телеведущий нарушил молчание накануне выхода книги «Жанна». «Памяти женщины, которую я люблю. Всем, кто переживает подобное. Тем, кто поддерживал нас» — эти слова предваряют книгу. Она — об испытании болезнью, о том, как она меняет мир, о сопротивлении. Еще это история любви.

— Дмитрий, над каким моментом в книге вы размышляли дольше всего: включать или нет? Вы делитесь личным. Как думаете, Жанна одобрила бы выход книги?

— Работать над книгой я начал еще в 2014 году, а закончил только в 2016-м. Работа была долгой и очень эмоциональной. Я не ставил перед собой задачу поражать кого-то откровенностью. Моя главная цель — быть полезным, насколько это возможно. Мы задумывали книгу с Жанной, так как нам хотелось поделиться собственным опытом борьбы с болезнью. Потому что информации на русском языке о том, что делать и куда бросаться человеку, если вдруг поставлен диагноз «рак», мало. Страха — много. Чтобы внести свою лепту в борьбу с этими проблемами, мы с Жанной задумали эту книжку. Сомнений в том, что включать, а что нет, особо не было. Потому что не было цели поражать деталями нашей интимной жизни.

— В книге не только советы, но и рассказ о вашей любви, рождении Платона, о Жанне, о том, как она переживала болезнь. Это может быть интересно и поклонникам, и, наверное, Платону, когда он вырастет. Вы дадите сыну прочесть книгу?

— Разумеется. Я писал для того, чтобы сохранить память о Жанне-жене, о Жанне-маме. Чтобы сохранить те чистые эмоции, которые у меня в душе об этом человеке. Я очень хочу, чтобы мой ребенок был читателем этой книги, поэтому моя ответственность особенно велика. Мы прочтем ее вдвоем.

Жанна Фриске

Фото: Personastars.com

— Вы думали, когда это может случиться? 

— Это очень сложный вопрос для меня. Платону три с половиной года, две недели назад загадал ему загадку: «А и Б сидели на трубе. А упала, Б пропала. Кто остался на трубе?» И он разгадал эту загадку. Поэтому пока не знаю, когда мы обсудим эту тему, как здесь ориентироваться на возраст.

— Мамы долго и скрупулезно подбирают секции, детские сады для детей. Вы папа, и вам, наверное, сложно во всем разобраться. Кто сейчас ваш консультант в подобных бытовых вопросах?

— Я делаю все самостоятельно, и мне это доставляет большое удовольствие. Все те секции, кружки, школу, детский сад, в которые записан Платон, я выбирал самостоятельно. Я проводил собеседование с его преподавателями, его няней — все это моя работа. И я ею очень горжусь.

— Ничего себе! Как тщательно вы вникаете во все вопросы воспитания. Какие занятия посещает Платон?

— У него крайне напряженный график. Платон ходит в английскую школу, в детский сад, на гимнастику, в бассейн, на лепку и уроки музыки в международном еврейском центре.

— Английская школа — это языковые уроки с репетиторами или какие-то особенные занятия?

— Это занятия, которые подчинены главной цели — помочь ребенку как можно скорее заговорить на иностранном языке.

— Судя по фотографиям в Инстаграме, вы много путешествуете. Сын всегда рядом?

— Он теперь мой постоянный спутник. Мы пользуемся любой возможностью, чтобы путешествовать. Так, чтобы это не вредило учебе и распорядку дня Платона.

Дмитрий Шепелев с сыном Платоном

Дмитрий говорит, что день Платона расписан по часам — садик, секции, занятия английским. Фото: Первый канал

— Как вы нашли силы жить дальше, воспитывать вашего с Жанной сына? Кто вам помог, что дало силы?

— Любовь.

— То есть вы не обращались за помощью к специалистам?

— Разумеется, я обращался к психологам, потому как самостоятельно выплыть из этого болота маловероятно и очень сложно. На мне лежит большая ответственность за ребенка. И у меня большое желание заботиться о Платоне и сделать так, чтобы он не страдал от того, что страдаю я. Надеюсь, мне это удалось.

— Тысячи людей сочувствовали Жанне — молодой известной женщине, маме. Вы обсуждали это?

— Это была колоссальная поддержка для Жанны. Я помню, когда мы праздновали 40-летие Жанны (Фриске после лечения стало лучше, и семья на лето сняла дом в Юрмале. — Авт.), она подняла тост — мне следовало бы, конечно, его скрыть, потому как он личный, но в то же время он касается всех тех людей, про которых вы спрашиваете. Так вот тогда Жанна произнесла: «Если бы не вы, то меня давно бы уже не было в живых». Она обращалась не только к членам семьи, но и ко всем людям, которые ее поддержали. Поэтому, конечно, Жанна понимала и очень высоко это ценила. До последних дней она поддерживала отношения с детишками, которые получили благотворительные средства «Русфонда» и лечились на эти деньги.

— Эти деньги помогли детям?

— Деньги были полезны. И это отрадно. Мы с Жанной находились на лечении в Нью-Йорке и смотрели «Пусть говорят» в записи. Жанна плакала, потому как не могла поверить, что столько людей так сердечно ее поддерживают. Я говорю не только про деньги, но и о эмоциональной поддержке. Верю, что благодаря этому нам удалось отвоевать два года жизни Жанны. Именно за эту поддержку я говорю спасибо.

— Люди собрали на лечение Жанны 69 миллионов рублей. После того как ее не стало, на счетах должен был остаться 21 миллион рублей. Эту сумму нужно вернуть в «Русфонд», организацию, через которую в «Пусть говорят» был объявлен сбор средств. В книге вы пишете, что доступ к счетам с этими деньгами имели два человека: Жанна, которая к тому времени несколько месяцев была в коме, и ее мама. Это констатация факта или вы все-таки надеетесь, что деньги будут возвращены?

— Вся информация, которую я привожу в этой книге, не является моими догадками, предположениями или попыткой кого-то обвинить. Это сухая констатация фактов, информации, которая доступна мне из банковских выписок.

Дмитрий Шепелев с сыном Платоном

Папа и сын часто путешествуют. Дмитрий рассказывает Платону о городах, в которых он был вместе с Жанной, о музыке, которую слушала его мама, о том, что она любила. Фото: instagram.com

— И правоохранительным органам она тоже доступна?

— Разумеется. Инициировать дальнейшее расследование может благотворительная организация «Русфонд», потому что эти средства принадлежат им.

— На Западе подобные книги — прибыльный бизнес. У нас все иначе?

— Не имеет смысла сравнивать гонорары, потому как их суммы на Западе и в России несопоставимы. Те средства, которые лично мне удастся выручить от продажи этой книги, я частично перевожу в фонд помощи хосписам «Вера».

— Кому из близких вы первому дали прочесть «Жанну»? Есть люди, которым вы доверяете, с кем советуетесь?

— Да. Моим первым читателем была журналист Катя Гордеева. Без нее эта книга не могла бы состояться.

— Дмитрий, какие у вас планы и задумки на год грядущий — 2017-й?

— Ничего конкретного сейчас не могу вам сказать, я нахожусь в поиске. Мне предстоит найти баланс между тем амплуа, в котором я выступал до этого, и между тем состоянием, в котором нахожусь сейчас. В чуть более уравновешенном, быть может, менее шутливом, но не менее жизнерадостном. Я в поиске, и меня это состояние устраивает. Продолжаю работать на Первом канале, и очевидно, что телевизионные проекты, которые я вел до сих пор, вернутся в эфир. Разумеется, я ожидаю новых предложений, просто это вопрос времени.

— Вы сменили имидж — теперь носите очки. С чем это связано?

— Не ищите в этом никакого подвоха, всем людям свойственно меняться. Я ношу очки с 9-го класса.

— Как встретите Новый год?

— Мне бы хотелось провести Новый год в семейном кругу.


Кстати

На презентации книги «Жанна» Дмитрий Шепелев так ответил на вопрос о том, когда бабушка и дедушка видели внука и какие у них отношения: «Бабушка в апреле, дедушка полтора года назад». Дмитрий сказал, что не препятствует их встречам с Платоном, но от них не поступает звонков с подобными просьбами. «Я никогда со своей стороны не чинил и не буду чинить препятствий для общения с ребенком, до тех пор пока я не буду сомневаться в том, что это каким-то образом может угрожать его спокойствию». В социальных сетях Дмитрия обвинили во лжи, сославшись на то, что семья Фриске утверждает, что им запрещают видеться с Платоном. Шепелев разъяснил ситуацию в авторской колонке журнала Grazia. По его словам, бабушка и дедушка хотят не просто встретиться с внуком (сходить в кино, погулять, отвести в садик), а забрать к себе. «…Бабушка и дедушка требуют, чтобы мой сын уехал к ним и жил там. Проводил время не в детском саду, к которому привык, не на площадке со своими друзьями, в конце концов не с отцом, а там. Только там. Только с ними. Неделями. Проводил с ними свой день рождения. И — главное требование — без отца… По-моему, это не желание увидеться с внуком, а желание забрать и отстранить от отца мальчика, который остался без мамы. Это невозможно».


Цитаты из книги Дмитрия Шепелева «Жанна», издательство «ЭКСМО»

book«Болезнь делает человека очень уязвимым… Но моя удивительная, нежная и тонкая Жанна из-за болезни не плакала.

— Скажи, тебе страшно?

— Да, мне страшно…

— Я никогда не видел твоих слез.

— Мне хорошо с тобой. Поэтому я не плачу…

…Мое сердце разрывалось от жалости к любимой. От ужаса за нее. От чувства несправедливости. Почему, Господи, почему именно Жанне ты послал такое испытание? Моей молодой красивой жене, только-только родившей первенца, обожаемой поклонниками и боготворимой дома? Почему? В самые тяжелые минуты, когда отчаяние вгрызалось в сердце, захватывая голову, душу, все существо, я закрывался в ванной комнате больничной палаты, включал воду и выл от бессилия и злобы. Нельзя, невозможно, исключено, чтобы она видела мои слезы. Только поддержку, только уверенность, только заверения! Что мы победим. Вместе…»

book

«…Некоторые врачи выдвигали предположение: катализатором рака могла стать беременность. Не берусь судить. В разговорах мы практически не касались этой темы. Только однажды я аккуратно спросил:

— Ты никак это не связываешь? Не злишься на сына?

— Было бы ужасно горько страдать так, как страдаем мы, если бы в нашей жизни не было Платона, — ответила она. — Ради него мы обязаны пройти все эти испытания…»

book

«…Жанне настолько лучше, что врачи позволяют принести в госпиталь на свидание с мамой нашего сына. Я бережно кладу его на больничную кровать Жанны. Он удивленно и немного растерянно рассматривает палату, причудливые провода и датчики, но совершенно спокоен. Нет никаких сомнений, он понимает, чует — рядом мама, а значит, повода для беспокойства нет…»

book

«…В этой книге я осознанно стараюсь избегать упоминаний о взаимоотношениях Жанны с ближайшими родственниками и моих отношениях с этими людьми…

Я дал себе обещание молчать, поскольку сказать что-то хорошее об этих людях я не могу. На протяжении всего нашего недолгого знакомства Жанна избегала или строго дозировала общение с ними, а о наших совместных встречах никогда не заходило речи. Ее болезнь вынудила к сближению, что, к несчастью, не принесло никому пользы. Могу констатировать только одно: никто из членов семьи Жанны в течение двух лет болезни не предпринимал ничего, что могло бы спасти жизнь их дочери и сестры. Поиск клиник, лечащих врачей, поиск второго мнения, сопровождающих специалистов, медсестер, физиотерапевтов, диетологов, медицинских рейсов, машин «Скорой помощи», работа с анализами, заграничные командировки и консультации, поиск лекарств — ничего. Но с избытком компенсировали это выступлениями на телеканалах и страницах газет…»

book

«…Опробовав новое лечение, Жанна очень медленно, но приходит в себя, по крупице наращивая свое присутствие в полноценной жизни…

…Жанна и Платон как будто идут параллельными курсами. Она выкарабкивается из тяжелейшей болезни, а Платон развивается. И… они чем-то очень похожи — не только как два самых близких на земле создания, но еще как два ребенка. Обоим требуется забота, внимание, поддержка и любовь. Удивительно, что чуть ранее и Платон, и Жанна пошли в один день. Она впервые встала с инвалидного кресла и самостоятельно сделала первые шаги. И он в этот же день сделал первый в жизни шаг. Такое совпадение…»

book

«…Одним из самых важных событий того времени стала наша с Жанной поездка в новый дом, который мы присмотрели и купили вскоре после рождения Платона. Многие спрашивали, почему было не отложить покупку до лучших времен? Чтобы не откладывать жизнь на потом! Мы хотели уединения. Мы хотели, чтобы у нашего сына был дом. Мне не терпелось поскорей показать его Жанне, и наконец этот момент настал: строители учтиво встретили нас, кажется, даже надев свежие рубашки, а я вел экскурсию: «Посмотри, здесь будет кухня, здесь — спальня Платона, а это наша». Жанна светилась от счастья и уже представляла, какие повесит занавески, какой будет мебель и свет. После устроили скромный ужин прямо в строительном вагончике на заваленном снегом участке. Мы пировали вместе с нашими строителями, Жанна с присущей ей непосредственностью поедала приготовленного на углях кролика, запивала его красным вином и смешила всех историями из гастрольной жизни. Несколько часов счастья в строительной бытовке в сердце нашего несостоявшегося мира. Последние несколько часов счастья. Жанна видела наш дом в первый и последний раз в своей жизни».

book

«…Я хотел увезти сына на море. Он-то уж точно не должен становиться заложником тягостного ожидания, в котором пребывали мы все. 14 июня мы с Платоном сели в самолет. Прощаясь, он, светло улыбаясь, целовал Жанне щеки, прикоснулся к ноге, ненадолго замер и убежал. После мы с Жанной остались наедине. Я должен был вернуться через несколько дней, но что-то подсказывало — возможно, не встретимся. Держа ее руку, я просил для нее спокойствия. С упорством и надеждой краем глаза я смотрел на экран датчика кислорода пульса, схватившего ее указательный палец: вдруг цифры вздрогнут, побегут вверх или вниз?! Это могло значить, что она меня слышит. Алые цифры не изменились. Жанна тоже была неподвижна. Уезжая, я еще раз оглянулся на ее окно. Никогда мне не было так одиноко и больно. Но на сиденье автомобиля уже сидел наш сын, ел землянику и требовал включить его любимую песню Бруно Марса. Уезжая, я с трудом сдерживал слезы…

…Я думал о том, что наш с сыном отъезд стал своеобразным прощанием с Жанной, освобождением для нее, дав ей наконец возможность уйти, когда рядом нет самых близких и любимых людей. Только так я мог объяснить ее стремительный уход…»

book

«…Я рассказываю о тебе сыну, а он внимательно слушает. Он знает твой голос, знает твое лицо и улыбку. А я узнаю в нем тебя, в мелочах, в повороте головы, в кончиках пальцев, смехе. И от этого твердо знаю, что любовь жива без присутствия».


Личное дело

Дмитрий Шепелев родился 25 января 1983 года в Минске. Уже в 9-м классе начал работать на телевидении. Окончил факультет журналистики Белорусского государственного университета. С 2009 года работает на Первом канале. Обладатель ТЭФИ за работу на «Евровидении». Ведущий программы «ДОстояние РЕспублики». 7 апреля 2013 года присутствовал при рождении сына Платона. Два года до этого был вместе с гражданской супругой Жанной Фриске. Вскоре после родов Жанне диагностировали опухоль головного мозга. Шепелев два года борьбы Жанны за жизнь был рядом. Поддерживал и искал по всему миру врачей и клиники, чтобы спасти Жанну.

Комментарии (всего 3)
  1. гость

    просто тошнилово, одна показуха, альфонс

  2. Эльпида

    Ну правильно Шепелёв делает. Я всегда на его стороне. Хороший отец, всегда должен воспитывать своего сына. Сил ему, терпения.

  3. Аноним

    Может быть я не права…Как-то все постановочно…

или войти с помощью: