КРАСОТА И ЗДОРОВЬЕ

Андрей Максимов: Не надо исходить из того, что ребенок идиот, который не способен понять

Андрей Максимов: Не надо исходить из того, что ребенок идиот, который не способен понять У нас никто не учит детей выбирать. Мама решает, какую кашу сварить утром, когда лечь спать, куда пойти учиться... А ребенок - это личность. Фото: globallookpress.com
Психофилософ, писатель, телеведущий, театральный режиссер и папа троих детей рассказал сайту teleprogramma.pro о том, почему по его мнению детей воспитывать не надо, как мы умудряемся сделать себя и наших чад несчастными, и что такое психофилософия.

— Некоторое время тому назад я понял, что каждый человек является психологическим консультантом. Сто процентов людей. Потому что все люди дают психологические консультации своим друзьям, знакомым, детям.
Психофилософия — разработанная мной система, которая поможет делать это эффективно. Потому что все психологические системы, а их в 2000 году было более двухсот, рассчитаны на профессионалов. Проблема же заключается в том, что к профессионалам мы не идем. Или идем уже в последний момент. Мы обращаемся к своим знакомым. И я подумал, что нужна такая система, которая поможет людям помогать людям.
Психофилософию я стал использовать, когда ко мне стали приходить люди на консультации, за советом.
Как это работает практически? Возьмем несколько примеров.
Итак, у нас есть Человек в трудном состоянии. Этот термин придумал выдающийся русский психолог Гримак, и мне этот термин очень нравится. У этого человека (вообще у каждого человека) есть точки опоры — то, чем он живет. Я не о материальных благах. Обычно проблема заключается в том, что какая-то точка опоры исчезает. Например, любовь. И надо помочь человеку понять, какие еще у него есть точки опоры…
Каждый человек должен жить сообразно своим желаниям. Как правило, человек в трудном состоянии давно так не живет. И нужно помочь ему осознать, почему он не живет сообразно собственным желаниям. Чаще всего проблема в том, что свои желания человек не может осознать. И не не может, и не хочет. Чего же он хочет?

— А если он хочет чего-то такого, что противоречит всей жизни, которой он жил до этого? Бывает же так называемый экзистенциальный кризис, когда ты понимаешь, что всю жизнь жил по указке мамы, папы, общества.
— Экзистенциальный кризис — это кризис смысловой. Когда исчезает смысл жизни. И очень важно помочь этот смысл найти. Ты должен понять, какие у тебя есть желания. Это целый процесс. И другой человек, пользуясь системой психофилософии, может тебе помочь.
Но проблема в том, что близкие люди вместо того, чтобы заниматься нами, говорят: «А вот, например, я…». Что убивает весь смысл помощи. Почему человек жил по указкам мамы, папы, общества — понятно. А вот вычленить из этого его собственные желания — это процесс. Но поскольку человек живет в нашей стране, где одна из любимых фраз, вдалбливаемых еще с детства: «Я — последняя буква алфавита», человек просто не думает, что его желания важны.
Про эту систему я написал несколько книжек. А кроме того, у меня четыре книги, которые основаны на психофилософии, но это уже психофилософская педагогика. Она направлена конкретно на родителей. Не на педагогов. Потому что у нас такая система образования, к сожалению, что каждый родитель должен знать: если он хочет, чтобы ребенок вырос умным, счастливым человеком, то этим будет заниматься только родитель. Только он может помочь ребенку найти призвание, помочь это призвание осуществить, стать личностью.

Андрей Максимов: «Каждый человек является психологическим консультантом. Потому что все люди дают психологические консультации своим друзьям, знакомым, детям». Фото: globallookpress.com

— Есть теория, что ты должен наблюдать за своим ребенком, а не контролировать.
— Психофилософская педагогика именно на этом и основана. Не надо всем детям преподавать все, как это делается в школе. Надо понять, что соответствует природе ребенка и это развивать. Поиск призвания — это совместное действие. Задача родителей показать обилие занятий, которые есть в мире. Потому что у ребенка нет денег и возможностей об этом обилии узнать самому, а потом посмотреть, что из предложенного ребенка увлекает.

— Мне кажется, у нас в стране у многих взрослых тоже нет денег и возможностей.
— Да есть они. Проблема в том, что к ребенку надо идти не с ответами, а с вопросами. Все эти дорогостоящие занятия далеко не всегда нужны ребенку, они больше нужны родителям.
Вообще это долгий разговор. Есть всего десять принципов воспитания ребенка. Но основной: никакого воспитания нет. Нельзя говорить живи так-то или сяк-то. У родителей в арсенале только два оружия: собственный пример и разговоры. Собственный пример наиболее сильный. И поэтому последняя моя книжка называется «Дети как зеркало».

— А как же разговорами и собственным примером воспитывать годовалого ребенка, который в розетки лезет?
— Этот пример про розетки просто притча во языцех какая-то! Что мешает купить затычки? Ну как годовалый ребенок не сунет руку в розетку? Это же безумно интересно! Он мир познает.

— А как ж объяснить, что чего-то нельзя?
— А чего нельзя?

— Прыгать через бортик кроватки, например, потому что голову расшибешь. Играть с ножом. Зажигать спички.
— А зачем вы даете детям спички? Или нож? Чтобы объяснить своему четырехлетнему сыну, что не надо хватать предметы со стола, великий педагог Иоганн Генрих Песталоцци поставил на стол железную кружку с горячей водой. И ребенок обжегся. Больше предметы со стола не хватал. Потому что никакого опыта, кроме собственного, не существует. Пока ребенок не упадет из кроватки, вы ему не объясните, что это опасно и больно. Очень важно понимать, что дети — это люди. И им свойственно все то же, что и вам.
Чтобы понять, что можно делать по отношению к ребенку, а чего нельзя, используйте один хороший принцип: сделаете ли вы это по отношению к своему мужу или нет? Например, ребенок смотрит футбол, а ему говорят: ложись спать, тебе завтра рано вставать. Ну вы же мужу так не говорите. Хотя ему тоже рано вставать. А значит, ребенку тоже нельзя такого говорить.

— То есть режима быть не должно?
— Большинство ученых поняли, что режим у каждого ребенка должен быть его собственный. Представьте, ребенок лег поздно, на следующий день еле-еле встал, у него было плохое настроение, он устроил истерику… И вы ему просто спокойно объясняете, что весь этот день — это последствия его решения поздно лечь, что его истерика принесла вам страдания и ему самому. Поверьте, на следующий день (или через пару дней) поздно ложиться он перестанет.
Вообще не надо исходить из того, что ребенок идиот, который не способен что-то понять. Мы не даем свободы выбора и потом удивляемся, почему ребенок не может оценить последствий. Потому что мы своим волевым решением все последствия уже давно устранили. Логика примерно такова: «Ребенок каждое утро устраивает истерики, но при этом раньше спать не ложится. Значит, он идиот. И я должна за него все решить. Потому что я его хозяйка». Для другой позиции требуется время и терпение. У родителей как правило нет ни того, ни другого.

— Что же делать?
— Перестать воспринимать себя как хозяина ребенка. У нас никто не учит детей выбирать. Мама решает, какую кашу сварить утром, когда лечь спать, куда пойти учиться… А ребенок — это личность с самого начала.
До абсурда тоже доводить не надо. Как-то пишет мне девушка из Израиля. Просит консультацию: «У меня ребенок не умет преодолевать препятствия. Ей 6 месяцев». Спрашиваю: «А как вы поняли?». И девушка говорит, что кладет руку дочке на пути, а дочка не перелезает, она ползет в сторону. И нету понимания, что обойти препятствие — это тоже его преодолеть… Откуда это высокомерие взрослых, которые лучше знают, как надо преодолевать препятствия? Кто вам сказал, что переползать лучше, чем обходить?

— Может быть какой-то психолог сказал?
— А кто вам сказал, что этот психолог был прав? Есть у меня книжка «Родители как враги». И речь в них идет о родителях, которые любят своих детей. Только как любят? Есть, например, мамы, которые водят ребенка за ручку везде, сопельки ему подтирают, все за него уже давно придумали. Нет ничего вреднее, чем такая любовь. Потому что брать своего ребенка за руку и решать, что лучше — это не любовь. Это такой «коммунизм»: там хорошее, там счастье. А интересно ему это счастье или нет — неважно.

Брать ребенка за руку и решать, что лучше — это не любовь. Это такой «коммунизм»: там хорошее, там счастье. А интересно ему это счастье или нет — неважно. Фото: globalookpress.com

— Как понять, что ребенку реально интересно? Ведь до шести лет дети интересуются всем.
— Ребенок обретает призвание в возрасте 5-7 лет, максимум десяти. Например, ваше чадо рисует. Для того, чтобы понять, призвание ли это, надо просто усложнять творческую задачу. И смотреть, сохраняется ли интерес, и как с этой задачей ребенок справляется.

— А что делать если ребенок туда походил, сюда походил, но все бросает?
— Бывает такое. И родители тогда говорят: да ты ленивый! А ведь лень — это нежелание делать то, что ты не хочешь. Если не нравится ребенку дзюдо, не надо ему ваше дзюдо. Предлагайте. Найдется тот самый вариант.

— А если ему не нравится учиться в школе?
— Значит, он — нормальный человек. Эйнштейн говорил, что знания — это то, что остается в голове после того, как вы закончили учиться. У нас большинство выходит из школы с никакими знаниями. Отдавая ребенка в школу, вы отдаете его на каторгу. И не надо говорить, мол, если ты будешь хорошо учиться, будешь много зарабатывать. Это неправда. У ребенка есть задача — найти себя. И в тех предметах, в которых он себя найдет, пусть будет хорош. По всем остальным — как получится. «Тройка» тоже положительная оценка. Кстати, самый несчастный человек — это отличник. Потому что его не интересует ничего.

— А когда родители выбирают детям вуз?
— Выбирая ребенку образование, родители делают их несчастными. Именно поэтому у нас сейчас так много людей, кто после тридцати бросают все, меняют дело жизни. А кто-то не решается. И всю жизнь «тянет лямку». И это самое ужасное. Потому что человек создан для того, чтобы выполнить определенную миссию. И многие проблемы и несчастья от того, что он не может себя реализовать.