книги

«Нуур», глава 24. Доброе утро

«Нуур», глава 24. Доброе утро
После посещения дома Валичкиных вопросов только прибавилось, и мы с Алексом были в некотором замешательстве: у нас есть только факт существования самой Ольги, которая, как теперь выясняется то становиться нормальной, то впадает в полный идиотизм. Значит, либо это разные девушки, либо мы имеем дело с научным феноменом и нам, наконец, дадут нобелевскую премию.

— Предлагаю посетить пансионат, где она лечится. Хотя бы проверим диагноз, – решил мужчина.

ФОТО: https://www.flickr.com/photos/freestocks/
ФОТО: https://www.flickr.com/photos/freestocks/

Впервые я спала без снов. Совсем. Мой Баатар не пришел ко мне. Лишь сквозь сон периодически прорывалась знакомая ритмичная песня. Но я гнала от себя эту навязчивую мелодию, вертелась на подушке, пока, наконец, не проснулась окончательно.

Комната была озарена прозрачным лимонным светом – наверное, таким было мое слегка тревожное настроение. С кухни доносился запах свеженьких лепешек. Моя бабушка пекла такие же, когда другой еды не было. Просто нарезаешь тесто и жаришь в масле. С вареньем и вкусно, и сытно.

Я вышла в кухню, и не нашла в доме Ольги. Кровать была распахнута, плюшевый заяц валялся в сонной позе.

Владлена Карповна суетилась у плиты, за столом жадно причмокивая, сидел посвежевший и выспавшийся Алекс.

— Доброго утра, – прочавкал он.

— Доброе, – я устало опустилась на табуретку. – А где Ольга?

— Оленька в пансионате – я отвела ее туда утром, – промурлыкала добрая Владлена Карповна. — Ей нужно лечение, чтобы болезнь не прогрессировала. И поэтому днем она в пансионате, а на ночь я обязательно забираю ее домой.

— А кто оплачивает пансионат? – задала я бестактный вопрос.

— Ее отец завещал все свои сбережения на лечение дочери.

— И ничего не оставил вам? – еще больше удивилась я.

— Мне? – старушка хитро улыбнулась. – А мне зачем? Я и пенсию от государства получаю.

— Кушайте, детки, кушайте, – и она щедро подлила мне в блюдце варенья.

— Простите, Владлена Карповна – а откуда Василиса взялась? Ведь у Ольги нет детей?

— Василиса – наш подарочек, – почти спела добрая бабушка.

— Как так? Кто вам ее подарил? – успел вставить между лепешками неугомонный Алекс.

— А лет пять назад было у Оленьки моей прояснение. Вдруг начала рассуждать здраво, по хозяйству помогать, песни пела какие красивые, откуда только знает. И даже косметики себе накупила. Представляете, и кто только красить и одеваться ее научил. Ну прям загляденье, а не дочка. Врачи только диву давались. Объяснили тем, что такие случаи бывали, когда от любви люди в себя приходили. Но это казался настоящим феноменом. И тут Ольга пропала. Просто ушла из пансионата и все. Пришла только через 5 месяцев, с животом, но все еще разумная. Пеленочки покупала для доченьки, песенки пела. Ох, как я тогда радовалась вместе с ней. Только о муже своем ничего не хотела говорить. Прошло, забудь, сама буду растить – только и твердила. А как малышка наша родилась, так ее враз, как подменили опять. Не узнает никого, речь почти позабыла, еще хуже, чем была, стала. Вот и поняла я, что это Бог зачем-то ей разум дал, чтобы ребеночка она родила. Не простой это ребеночек, богом данный. И ведь правда — растет, радует. Такие иногда умные слова говорит, так иногда смотрит, словно и не юная девчушка, а взрослее меня.

Мы посидели у старушки еще некоторое время и поехали. Предстояло еще много узнать. Моя голова была забита вопросами без ответов, и их становилось все больше.

— Алекс, а ты говоришь, что в особняке профессора Шевко живет его дочь Ольга? А как, прости господи, она может там жить, если мы только вчера эту самую дочь наблюдали в приемном доме Валичкиных. И, по утверждению Владлены Карповны, она невменяема.

— Ну, может быть, отец признал ее через много лет и поселил в своем доме?

— Почему тогда ее приемная семья ютится в нищете и ничего не знает о благополучии своей подопечной? Ты думаешь, что это одна и та же Ольга? А не какая-нибудь шарлатанка, которая убедила профессора в своем родстве? – мелькнула у меня догадка.

— А ты уверена, что она убедила? Мы ведь не знаем, где профессор. После злополучной экспедиции его мнение никто не знает, потому что он не вернулся. И случайное ли это совпадение? – предположил Алекс.

— Да, ты прав. У нас есть только факт существования самой Ольги, которая, как теперь выясняется то становиться нормальной, то впадает в полный идиотизм. Значит, либо это разные девушки, либо мы имеем дело с научным феноменом и нам, наконец, дадут нобелевскую премию.

— Предлагаю посетить пансионат, где она лечится. Хотя бы проверим диагноз, – решил мужчина.

— Ты не веришь Валичкиной? – удивилась я.

— Доверяй, но проверяй, – глубокомысленно заявил мой молодой спутник – тем более что мы уже приехали. И он ловко подкатил к высоким, наглухо закрытым воротам психиатрической лечебницы.

— Когда ты успел узнать адрес клиники? – изумилась я, вываливаясь из его дорогой иномарки.

— Места надо знать, и уметь быстро бегать, – легко пошутил он и посадил меня обратно в машину. — Ты посиди здесь. Ты слишком заметная для таких тонких дел. Я сам все узнаю. Аргументов у меня хватит – и он однозначно похлопал по карману с пухлой пачкой денег.

Ох уж эти мне деньги, – вздохнула я и принялась терпеливо ждать.

(Продолжение следует…)